Жизнь как чудо

Я смотрю на нашу Программу как на Божий дар. Она работает в ста процентах случаев. Но есть условие: если человек полностью принимает ее, строго следует по этому пути,  усердно трудится изо дня  в день. И тогда жизнь начинает меняться.

1.

   Мы с мужем знакомы со студенческих времен — у нас общие друзья и знакомые, одна компания, похожие интересы. Я не планировала выходить за него замуж, однажды в приступе гнева даже обронила, что женщина, которая согласится стать твоей женой, будет круглая дура. Но… Случилась непланированная беременность, и муж сделал мне предложение. Я снизошла, и долгие годы считала, что супругу необыкновенно повезло. Была уверена, что он вытянул счастливый лотерейный билет. Муж поддерживал эту иллюзию, не раз повторяя, что в своей жизни он принял одно мудрое решение – жениться на мне. И я в это верила.

На нашей свадьбе он напился до невменяемости, и почти все время спал, положив голову мне на колени. Когда я уставала, подменяла подруга. Меня это нисколько не обижало и не огорчало, наоборот – казалось смешным. Он не был алкоголиком. Мы, студенты, нередко собирались компанией, пили вино. На следующий день весело вспоминали эти пьянки-гулянки, забавные ситуации, смешные выходки друзей. Это среди нас считалось нормальным делом.

Когда у супруга появился бизнес, алкоголь начал присутствовать в его жизни постоянно. Заметила: в нашем холодильнике поселилась бутылка водки. И вот это мне не понравилось, потому что женой алкоголика я становиться не собиралась. Что угодно, только не это! Я была готова к жизненным испытаниям, понимала, что без них не обойтись. Иной раз даже представляла, что если муж заболеет и станет инвалидом, буду за ним ухаживать, возить на коляске, кормить с ложечки…

Мои родители не злоупотребляли спиртным. Но мамочка была дочерью алкоголика, и сильно пострадала от своего папы. Она не могла спокойно рассказывать о детстве, всегда плакала, начав вспоминать жизнь в родительском доме. Помню только одну историю. В голодные времена мама, маленькая девочка, украла у своего папы кусок сахара, из которого тот делал самогон. Отец догнал её, сильно избил, оказалось, сломал ей ногу. Я ничего не знаю о своем дедушке, кроме того, что он был алкоголиком и обижал свою дочку. В семье пренебрежительно относились к пьяницам, это презрение передалось и мне.

Поэтому, когда в мою собственную семью пришел алкоголь, я решила бороться. И выиграть эту битву! Но мне пришлось пройти все три стадии алкоголизма супруга. Сначала говорила ему: «Ты сопьешься». Потом: «Ты спиваешься». И наконец: «Ты спился». Но я все еще была уверенна, что спасу мужа. Подруга-врач предупреждала: его болезнь — прогрессирующее заболевание, приготовься к худшему, периоды между запоями будут укорачиваться, а запои удлиняться. Но я продолжала верить, что у меня получится вытащить его из пьянства. Это вы бессильны! А я найду помощь! И спасу!

Супруг во всех смыслах был хорошим человеком – мужем, отцом, сыном, другом коллегой, пока дело не доходило до выпивки.

2.

   И я принялась искать решение вдруг возникшей проблемы.

Начала с религии. В то время это было модно: все шли в церковь, крестились, стояли службы. Мы с мужем покрестились и обвенчались, когда уже прожили в браке 21 год.  Но на его болезни факт приобщения к таинству никак не отразился, вернее, ситуация продолжала ухудшаться.

Муж пить не переставал, и как-то после очередного запоя и капельницы, у него случился сердечный приступ. Прислонила ухо к его груди, и услышала вместо ритмичных ударов какой-то металлический скрежет. Оказалось, сердце супруга разрушено до такой степени, что требуется операция. Причем, очень сложная и опасная – на открытом сердце, которую, порой, не выдерживают люди крепкие, не пьющие. Началась подготовка к операции, и моя жизнь на полгода превратилась в кошмар и ужас — боялась, что он не доживет. Вставала по ночам, проверяла, дышит ли он, прислушивалась к биению его сердца.

Тем не менее, операция прошла успешно. В день выписки муж задал вопрос врачу:

— Доктор, а пить-то можно?

— Что вы имеете в виду? – уточнил тот.

— Алкоголь.

— Конечно, рюмочка коньяка не повредит.

Я была возмущена его ответом. Но надеялась, что у моего мужа, человека с искусственным клапаном сердца, хватит здравого смысла отказаться от спиртного.

Но прошло немного времени, и алкоголизм вернулся в нашу жизнь, прихватив с собой нешуточные проблемы. Серьезное хирургическое вмешательство привело к тому, что мужу начали отказывать в наркологической помощи: эти службы просто не имели права выводить из запоев сердечников. И на дом не приезжали, и в больницу не забирали. Мне посоветовали сходить в кардиологическое отделение, договориться с врачами о помощи мужу, когда он в запое. Но мне было стыдно: я не могла просить о помощи и принимать ее не умела.

В течение долгого времени я самостоятельно выводила его из запоев по очень щадящей схеме. Плюс к этому – терапия: прогулки на свежем воздухе и «полезные» беседы. О том, что ведет он себя неправильно, что мы все страдаем, что ему надо срочно это прекратить. Как будто бы это было в его силах… Но тогда я не знала всей правды о его заболевании, и совершила все ошибки, которые делали люди, живущим рядом с алкоголиком.

Однажды предложила ему закодироваться, и муж дал согласие. Нашелся православный священник, сделавший эта. Кодировка работала больше года. Я подумала, что проблема решена, и мы были счастливы, как раньше.

А потом он вдруг снова сорвался…

Я никак не ожидала этого, была напугана, растеряна, и снова предложила мужу кодирование. И он снова согласился. И так — четыре раза. Действие каждого кодирования было короче предыдущего. Четвертое, кстати, не сработала совсем. Об этом я узнала позже от выздоравливающего мужа. Он признался, что выпил сразу, как только вышел от священника. Я помню, какой радостный и возбужденный вернулся он от батюшки: вдохновенно пересказывал беседу, говорил, что пить совсем не хочется… Но в это время он уже был пьян. А я еще три месяца верила в силу кодирования, верила, что он трезвый, что не пьет. Хотя постоянно и регулярно видела множества признаков опьянения, но не могла и не хотела верить своим глазам. Приходит с работы – лицо красное, шатается. Предупреждая мои вопросы, объясняет, что устал на работе, в маршрутке было душно, поэтому давление повысилось и голова кружится. И я ему верила.

Во всех храмах первым делом стремилась к чудотворной иконе «Неупиваемая чаша», которая славится скорым исцелением алкоголиков. Не было сомнения, что она поможет и моему заблудшему мужу осознать греховность своей жизни. Многим помогла, значит, и моего не оставит без поддержки.

А у него снова начались запои, и у меня снова возобновились поиски эффективного решения проблемы.

Был ужасный ритуал изгнания дьявола, когда он чуть не умер…

На работе лежало его заявление с открытой датой. Он знал, что если снова напьется, его уволят…

Время шло, но ничего не менялось. Пришлось признать: все предпринятые меры не работают.

3.

   Я не понимала, что происходит, почему мужу ничего не помогает – что ему надо?

Всегда старалась, чтобы супругу нравилось быть дома, в семье. По его желанию стала домохозяйкой, много лет не работала, хотя окончила престижный московский вуз. У него был образ жены: беременная, босая, на кухне. И я старалась ему соответствовать. У нас четверо детей, в доме чистота, порядок, вкусная еда. Только не пей! А он все равно пил.

Я очень хотела отметить серебряный юбилей нашей свадьбы. Сама все организовала,  пригласила друзей. А он ушел в запой… Пришлось отменить торжество, извиниться перед друзьями. Хотя они понимали и поддерживали меня, все равно было очень больно.

Продолжая бороться с выпивкой, я все чаще ловила себя на мысли, что так больше не могу – моя жизнь превратилась в ад. В какой-то момент поняла, что муж, скорее всего, умрет. Вдруг пришла готовность отказаться от борьбы за его здоровье и жизнь. Наступило то ли безразличие, то ли покой, что позволило мне разговаривать с мужем серьезно и спокойно. Я говорила, что ни в чем его не обвиняю, люблю по-прежнему, хочу помочь, но у меня ничего не получается — я устала, я умираю, мне нужна помощь.

Сказала: «Бог дал тебе жизнь и право ею распоряжаться. Хочешь пить – пожалуйста, хоть до смерти. Клянусь, я больше никогда не встану между тобой и бутылкой. Мне больно видеть, как ты страдаешь. Давай, договоримся: когда я живу на даче с детьми, пьяный к нам не приезжай».

Он услышал и не приехал, когда зашел в очередной запой. Живу в прекрасном доме в прекрасном месте с замечательными детьми. Не вижу и не слышу своего алкоголика. Не мучаюсь, как ответить детям на их вопросы, «что с папой и почему он в таком виде». Ничего этого нет… Но я не нахожу себе места, мне все равно плохо.  Потому что знаю: в городской квартире мой муж пьет, и я очень боюсь, что он умрет. В какой-то момент не выдержала, позвонила, и он сказал: «Приезжай».

…Он лежал на диване и кричал. Я позвала на подмогу друзей, мы позвонили в скорую помощь. Приехавший врач говорит;

—  Почему вы нас позвали, он же пьяный.

— Да, но у него искусственный клапан, будьте добры, сделайте ему кардиограмму.

Показатели оказались хорошими, поэтому приглашенный нарколог согласился поставить капельницу. Врач начала перечислять лекарства, которые необходимо принимать, сколько раз в день…  И вдруг я осознала, что мне все это не интересно! Меня это не касается! Вспомнила, что приняла решение больше не участвовать в борьбе! Сообщила врачу, что у меня на даче дети, ухаживать за мужем некому, поэтому забирайте его в больницу. Мужу предложила выбор: остаешься здесь умирать или едешь в клинику. Инстинкт самосохранения сработал, он выбрал госпитализацию, и я оплатила три дня пребывания в наркологии.

Думала, принятое решение не лезть в жизнь мужа-алкоголика завершит этот невыносимо тяжелый период моей жизни. Но я ошибалась.

Несовершеннолетняя дочь отправлялась в лагерь за границу, и для этого необходима нотариально заверенная доверенность от обоих родителей. И мне пришлось смирить гордыню, поехать к мужу в больницу. Я увидела его — это была страшная человеческая развалина… Жалость, любовь, отчаянье, — все смешалось в моей голове. Не хотела его увозить домой, но три дня прошло и мне сказали: «Забирайте».

Я зашла к врачу и спросила, что мне делать. А врач ответил: «Бегите!».

— Но у меня четверо детей, я не могу.

— Зачем вашим детям отец-алкоголик?

Слышать эти жесткие, но правдивые слова, было непостижимо, и я… забрала мужа домой.

Снова началась битва за его жизнь. Он не мог ходить — отказали ноги. Массаж, лекарства, лечение… По совету массажиста купили лампадку, зажгли ее, и все вместе усердно молились. Заказали молебен за здравие. Обращались к Богу и наши друзья. С трудом, но снова поставили мужа на ноги.

А он напился!..

И вот тут я поняла, что никаких надежд не осталось, что это — конец …

Пришла к нему и сказала, что люблю его, хочу быть с ним, но не могу: «Буду учиться жить без тебя». Написала коротенькое письмо Богу – это было удивительно, не похоже на меня: «Если Ты все это время готовил меня, к тому, что муж уйдет, забирай его, я готова». Я сдалась — абсолютно, полностью и окончательно. Я была уверена, что он умрет. И друзья соглашались — через месяц похороним.

Когда прошло три года, и я увидела это письмо, поразилась: оно было датировано 27 июля, а через неделю 3 августа муж протрезвел. И больше никогда не пил.

Молитва для меня – средство обращения к Богу. Вначале у меня были очень длинные молитвы, а сейчас они очень короткие: «Господи, помоги!». Я не знаю, как это все происходит. Сейчас мне достаточно просто подумать о Боге, чтобы призвать Его в свою жизнь. Еще одна молитва: «Господи, помоги наблюдать за собой!». Это очень важная практика, чтобы не уходить от Бога. Мне необходимо поймать тот момент, когда болезнь начинает руководить мною, и отсечь её, как топориком. Как только я начинаю наблюдать за людьми и оценивать их поведение, контакт с Богом рвется.

 4.

   Одна подруга, постоянно слушая мое нытье, жалела меня, говорила, какая я бедная и несчастная. Однажды этот разговор происходил в присутствие другой нашей общей подруги, которая в сердцах сказала, что видеть меня не может, что у меня все мозги заняты мужем. «Ты больна и помощь нужна тебе», — заключила она. Слышать это было очень неприятно и обидно. Гораздо позже поняла, что так работает Бог – через других людей. Год спустя я поблагодарила подругу, а она удивлялась, заметив, что не помнит такого разговора.

Как бы там ни было, но ее прямые, суровые слова подвигли меня на то, чтобы начать искать помощь для себя. Так я узнала, что существует Ал-Анон.

Позвонила в ближайшую группу Ал-Анона, узнала расписание. Когда приехала и подошла к женщинам, одна из них меня обняла. Это было непривычно и поразительно, поэтому, видимо, и запомнилось на всю жизнь. В родительской семье не принято было открыто выражать чувства. Помнила, как в порыве отчаянья прижалась к своей старшей сестре, а она попросила больше так никогда не делала — ей неприятно. А здесь на собрании женщины обнимались без стеснения, обращались друг к другу ласковыми именами. Все это не было похожим на мир, в котором я жила. Обнявшая меня женщина рассказала, что ее муж употреблял 25 лет, и уже десять лет не пьет совсем. Это было невероятно: не знала, что есть мужья, которые не пьют, мой хоть бы годик побыл трезвым…

Одна женщина в группе сказала, что алкоголизм, как камень, брошенный в воду: расходящиеся круги болезненно задевают всех окружающих алкоголика людей. Действие Программы в Ал-Аноне очень похоже: когда один человек в семье выздоравливает, это чудесным образом сказывается на остальных членах семьи. И у меня вдруг родилась надежда. Если я направлю все свои усилия на собственное выздоровление, то может быть, это по-хорошему отразится и на моей семье. И я сдалась во второй раз.

Начала ходить на собрания, но мне не все нравилась в Ал-Аноне. Раздражала фраза: «Вы можете быть счастливы, вне зависимости от того, пьет ваш алкоголик или нет». Это было непонятно и вызывало протест. Поразила степень откровенности, с которой люди говорили о себе – это тоже было ново. Поначалу сомневалась, что их искренние улыбки, приветливость, объятия, радость, которую они демонстрировали при встрече со мной, стоит принимать за чистую монету. Я не ощущала душевного тепла, была уверена, что все говорили не так и не о том, что члены группы все делают неправильно – даже выздоравливают. Постоянно всех оценивала, а когда выступала, частенько слышала, как звонил колокольчик. Мне напоминали: «Говори о себе».

Но я продолжала ходить на собрания, потому что дома было еще хуже. Они стали единственной надеждой на облегчение моего душевного состояния. Однажды услышала, что мое личное выздоровление и благополучие зависит от группы, и для этого необходимо стать её частью. Как это? Быть полезной, доброжелательной, любящей. А я не понимала, как можно полюбить этих теток, которые постоянно одергивают меня, поправляют, делают замечания. Тогда я обратилась к Богу и попросила Его научить любить своих сестер. Молилась об этом, когда шла на собрания, просила избавить от оценки и осуждения других людей, училась пристально наблюдать за собой. И Он наполнил меня любовью и сделал полезной! Это великое чудо!

В это время поставила точку в отношениях с мужем, попросила его уйти из нашей жизни, освободить квартиру к 1 сентября, когда я вернусь с детьми в город. Родители супруга жили на соседней улице, я знала, куда он переедет, поэтому не волновалась. А вот остаться одной с детьми было страшно. Я много лет не работала, была домохозяйкой. Подбадривала себя: «Ничего, как-нибудь проживешь. Многие женщины живут без мужей». Не будет у твоих детей отца? Ты сильная, самостоятельно сможешь их вырастить. Придется выйти на работу? Другие женщины работают, и ты найдешь в себе силы.

Я была готова к жизни-страданию. Была уверена: отныне моя жизнь — юдоль слез.

…Если бы в то время мне сказали, что я стою на пороге новой прекрасной жизни, я бы даже не стала слушать: слишком фантастично это звучало.

  Когда Бог вышел на первое место в моей жизни, изменилось мышление, появилась привычка осознанно обращаться к Нему. И я привыкла так жить. Редко задаю Богу вопросы, сейчас их у меня нет. Но я нуждаюсь в Его руководстве и помощи. Я начинаю задавать Богу вопросы, когда чем-то недовольна. «Господи, — говорю. — Ну, когда это закончится?..». И приходит ответ: «В нужное время». Я перестала дергать Бога, знаю, что все хорошо. Он даст мне силы и поможет, когда в этом будет необходимость.

  5.

   К первому сентября вернувшись в город, обнаружила в квартире мужа – абсолютно трезвого. Подумала: «Какой смысл выгонять его – кормильца всей семьи?». Много позже он рассказал, что его задело мое решение расстаться: он видел, осознавал, что я ухожу любя его. Оставила его наедине с болезнью, и он понял, что не может на меня рассчитывать. Он не помнит, как попал в сообщество Анонимные Алкоголики. Таким же чудесным образом для него нашелся спонсор, и он пошел по программе «Двенадцать шагов». Я видела, как он меняется, как преображается наша жизнь. Муж трезвый, дом – полная чаша, дети – здоровы…Но я-то не чувствовала себя счастливой! Что происходит?..

Прошел почти год, как пришла в сообщество, но мое состояние почти не изменилось — по-прежнему часто пребывала в подавленном настроении, срывалась на детей, на мужа. Выздоравливающий супруг, видя мои страдания, говорил, что мне нужно начать проходить  Шаги, но я не знала, к кому обратиться за помощью.

Ал-Анон,  в который я ходила восемь лет назад, очень сильно отличался от сегодняшнего. Люди говорили о Шагах, но никто их не делал. Как-то подошла к женщине на своей домашней группе, которая 24 года состояла в сообществе, и попросила провести по Шагам. Она ответила: «Я бы с радостью, но у меня нет такого опыта». Меня это удивило. Я знала, что когда муж дошел до Девятого Шага, ему спонсор настоятельно советовал найти подопечных и начать отдавать Шаги, потому что только так можно продолжать выздоравливать.

В то время в Ал-Аноне было принято делать по Шагу в год. Меня это не устраивало – слишком долго, тем более, я знала об опыте прохождения шагов в сообществе Анонимные Алкоголики: там с Программой знакомились в течение нескольких месяцев. И еще – в нашем сообществе все постоянно что-то писали, очень много и очень часто. Меня это тоже отталкивало. Где я возьму столько времени? У меня четверо детей, хозяйство, муж-доходяга…

Однажды на собрании ко мне подошла женщина и спросила, прошла ли я Шаги.

— Ой, нет, что ты, это так долго и тяжело…

— Да? А мне так не показалось…

Эта была та самая женщина, которая одиннадцать месяцев назад обняла меня на первой встрече. И я спросила ее, сможет ли она провести меня по Шагам. Она согласилась.

И тут произошло чудо.

Эта женщина ничего не хотела во мне изменить. Она просто любила меня и делилась своим опытом, ни к чему не принуждая, не заставляя, не навязывая. До этого у меня никогда и ни с кем не было подобных отношений. Мне и в голову не приходило ее ослушаться! Помнила слова мужа: «Если ты хочешь получить то, что есть у твоего спонсора, делай, что он говорит».

Она провела меня по Шагам, и случилось еще одно чудо.

На тот момент, когда я пришла в Ал-Анон (в 2013 году), было мало спонсоров. А в параллельном сообществе Анонимные Алкоголики, где выздоравливал мой супруг, работа с подопечными была ключевым условием для выздоровления. Меня это обстоятельство заставило задуматься. Почему в нашей группе многие люди, которые по 20-25 лет занимаются по Программе, не имеют подопечных? Может, в Ал-Аноне тоже необходима интенсивная работа наставников с подопечными? Я задавала эти вопросы, мне отвечали, что мы не такие как алкоголики. Это им надо работать с другими, а наше задача —  полюбить себя и научиться заботиться о себе. Об этом, в основном, и говорили на собраниях. Как важно женщине носить платье, делать маникюр, правильно расслабляться. Я приобрела себе дорогущее платье, регулярно постригалась у мастера, делала маникюр, но это не помогало справляться с душевными страданиями.

На очередном занятии наставница, будто подслушав мои размышления, сказала, что скоро у меня появятся свои подопечные. «Ну, конечно!», – подумала я, привычно уйдя в отрицание. Тем не менее, это произошло, и очень быстро – через два дня после нашего разговора.

Я вошла в спонсорство стремительно и неожиданно, и больше никогда из него не выходила. Сначала мне казалось странным, что люди стали обращаться с просьбой провести по Шагам. Но состояние недоумения и нерешительности длилось недолго, оно исчезло, когда я просто начала действовать, заниматься новым делом – знакомить подопечных с Программой. Наставничество дало мне глубокое понимание Программы, погружая в мир Духа постепенно и понемногу. Каждый подопечный привносил в мою жизнь что-то новое и полезное – то, что, мне было необходимо в данный момент. Было ощущение, что и группа, и спонсор, и подспонсорные взяли меня за руки и вытянули из мира отчаянья и безумия. Помощь другим спасла и спасает меня. Я начала меняться, и это было прекрасно. Очень благодарна Богу за этот путь.

В это же время начала слушать спикерские выступления сообщества Анонимные Алкоголики. И не только слушать – я их конспектировала. Они вдохновляли, помогали разобраться в Программе, поддерживали. Я поняла, что такое любовь и служение. Незаметно вокруг меня родилась потрясающая группа. Сейчас у нас собирается порой до 200 человек, и я счастлива, что являюсь частью этого сообщества.

Сегодня новички, придя на собрание, имеют возможность сразу выбрать наставника и идти по Шагам. Вижу, как быстро они меняются, и это — еще одно великое чудо, которое я наблюдаю беспрестанно. Я видела много разрушенных женских судеб, но они сумели обрести душевный покой, научились жить с Богом. И даже злосчастный ковид, уверена, пошел только на пользу нашему сообществу. Когда из-за пандемии закрылись «живые» группы, мы начали встречаться на различных платформах интернета… В это время наша группа приобрела общенациональный статус: сейчас в ней выздоравливают люди из многих городов нашей страны и из-за рубежа.

Мне понадобилось четыре года, чтобы понять и осознать простоту и красоту нашей Программы, принять ее как образ жизни. И тогда в моей жизни, наполненной чудесами, все понемногу изменилось. Сбылось все, что мне обещала Программа: стать счастливой радостной и свободной.

Как-то муж пошутил: «Всем, что у тебя есть сегодня, ты обязана мне. Я можно сказать,  здоровье на это положил». Я ответила: «Спасибо, дорогой, я очень благодарна тебе».

И это правда.

Когда начала работать с другими людьми, то просила Бога наполнить меня любовью. И для них Он эту любовь дал. Почувствовала это необыкновенное чувство к своим подопечным и поняла, как здорово жить, когда в жизни есть любовь — тогда я с Богом. Сейчас у меня очень много работы в Сообществе, ее становится все больше. Не сразу приняла этот новый образ жизни, полгая, что сменила зависимость от мужа на зависимость от других людей. С этим бредом помог справиться Бог. Спросила, хочет ли Он, чтобы я помогала Его детям. Услышала утвердительный ответ и умоляла Его поддержать меня. Мне хорошо, когда я полезна другим. Сегодня у меня простые и понятные отношения с Богом. И я учусь строить такие же отношения со всеми людьми.

 

Декабрь 2021 г.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.